Юнаковская община — сельская территориальная община Сумского района Сумской области с центром в селе Юнаковка. До полномасштабной войны здесь проживало около пяти тысяч человек на площади более 342 км². Села и поселки тянутся вдоль границы с Россией, через территорию проходит трасса Н07 и ранее действовал пункт пропуска «Юнаковка».
Общину образовали 24 ноября 2020 года. За четыре года она успела пройти путь от типичной приграничной ОТГ со школами, ФАПами и сахарным наследием Кияницы до почти полностью эвакуированной территории с релоцированной властью в Сумах. По состоянию на конец 2025 года на месте оставались несколько десятков человек, преимущественно пожилых жителей Кияницкого и Могрицкого округов.
Ниже — состав населенных пунктов, исторический контекст, что именно разрушено, как община работает сейчас и что делать переселенцу с документами на жилье и социальные выплаты.
От слободы Юнока до объединенной общины
Село Юнаковка основано в 1685 году выходцами из Волыни на землях сотника, впоследствии судьи Сумского полка Семена Андреевича Юнока. От его фамилии пошло название слободы. Благодаря плодородным почвам, лугам и лесам поселение быстро выросло: в 1730 году здесь уже было около 2,5 тысячи жителей, в 1790-м — почти 6 тысяч.
Сначала Юнаковка входила в Сумскую сотню Сумского полка, с 1780 года — в Сумской уезд Харьковского наместничества, позже была волостным центром. С 1727 года имение купил генерал-фельдмаршал Михаил Голицын, и село долго оставалось во владении этой семьи. В начале ХХ века здесь действовали три церкви, базар, ткацкая фабрика, почта и телеграф, четыре ярмарки в год; население достигало 7,5 тысячи человек. В селе бывали Тарас Шевченко и актер Михаил Щепкин.
Современная община собрана иначе — не вокруг одного большого села, а вокруг четырех бывших сельсоветов. 24 ноября 2020 года объединились Юнаковский, Басовский, Кияницкий и Могрицкий сельские советы. Административный центр — Юнаковка, примерно в 44 км от Сум. Код КАТОТТГ — UA59080310000049988, площадь по уставу общины — 34 213,35 га, из них населенные пункты занимают около 2 276 га.
География определяет все последующее. Община граничит с Хотинской, Сумской городской и Миропольской общинами и имеет общую границу с РФ. Именно эта граница с 4 мая 2022 года сделала территорию постоянной целью обстрелов и заставила вынести управление за пределы сел.
15 населенных пунктов и четыре старостинских округа
В состав Юнаковской сельской территориальной общины входят 10 сел и 5 поселков. Организационно это Юнаковский сельский совет (Юнаковка и Садки) и три старостинских округа: Кияницкий, Басовский и Могрицкий.
| Населенный пункт | Округ | Население (ориентир до сокращения) | Расстояние до центра общины |
|---|---|---|---|
| Юнаковка | центр / сельсовет | около 1 200–1 330 | 0 км |
| Садки | сельсовет | единицы | около 6 км |
| Кияница | Кияницкий | около 610–650 | около 14–30 км |
| Могрица | Могрицкий | около 660–740 | около 22–31 км |
| Басовка | Басовский | около 430–470 | около 10–57 км |
| Локня | Басовский | около 200–250 | около 7 км |
| Храповщина, Новая Сечь, Корчаковка, Яблоновка | Кияницкий | от ~100 до ~200 каждое | 8–17 км |
| Иволжанское, Марьино, Малая Корчаковка, Варачино | Кияницкий | от нескольких десятков до ~170 | 10–21 км |
| Новенькое | Басовский | единицы | около 18 км |
Источник данных: документы Юнаковского сельского совета и паспортные сведения общин конца 2020-х — начала 2023 годов. Цифры зарегистрированного населения уже тогда расходились с фактическим проживанием.
До войны крупнейшими очагами были Юнаковка, Могрица и Кияница. Садки и Новенькое фактически опустели первыми. Басовский округ лежит ближе всего к границе и трассе на Суджу; именно он впоследствии был признан полностью разрушенным.
Важно различать три разных «населения». Первое — прописанные (на момент создания общины говорили о почти 5 тысячах, в отчетах совета на 01.01.2026 фигурировало 3991 зарегистрированных). Второе — те, кто реально жил в селах до 2022 года (около 4,3–4,6 тысячи). Третье — те, кто остался на территории после обязательной эвакуации: от нескольких сотен в 2024-м до нескольких десятков в конце 2025-го.
Церковь 1806 года, Кияница и то, что исчезает вместе с селами
Юнаковка известна не только границей. Церковь Рождества Пресвятой Богородицы, завершенная в 1806 году (вероятно, на средства Голицыных), считалась одним из лучших образцов раннего классицизма на Сумщине: кирпичная, с портиками, фронтонами и несколькими куполами. Даже в запущенном состоянии она оставалась главной архитектурной доминантой села. 15 ноября 2024 года храм повредили российские обстрелы: сгорели леса, проломан купол, пострадала колокольня.
Второй культурный узел общины — Кияница. В 1865–1866 годах Иван Харитоненко приобрел здесь земли Савичей и построил свой первый сахарный завод. Позже имение перешло племяннице Марии Лищинской. Дворец 1890 года на берегу пруда с парком (более 70 видов растений) в советское время превратили в турбазу, затем здание годами ждало реставрации. В апреле 2026 года дворец Харитоненко–Лищинских уничтожили российские удары. Заводской комплекс и так давно стоял руинами; теперь с карты Сумщины исчез и жилой ансамбль, который местные архитекторы называли одним из самых ценных в области.
Это не «туристическое дополнение» к статье об общине. Для людей, которые выросли в Киянице или Юнаковке, компенсация за дом не заменяет разрушенной церкви, дворца или даже привычного двора на Локне. Именно поэтому в разговорах главы общины Елены Симы постоянно появляется отдельная строка: сначала безопасность и жилье, потом — фиксация потерь и хотя бы документальная память о том, что стояло на земле.
Как война изменила население, инфраструктуру и саму карту
Обстрелы общины начались 4 мая 2022 года — с авиации и «Градов» по участку пограничного отдела «Юнаковка» и окрестностям Могрицы. С 24 мая 2022 года территорию внесли в перечень зон боевых действий или оккупации. Далее удары стали регулярными: артиллерия, КАБы, FPV-дроны, шахеды.
Динамика присутствия людей показывает масштаб лучше любого общего комментария. Осенью 2024 года глава общины говорила о 658 человек, которые еще оставались. Весной 2025-го — около 200. В июне 2025-го в 10-километровой зоне оставались единицы, всего на территории вне самой опасной полосы — более сотни. В сентябре 2025-го — менее полусотни. В декабре 2025-го Елена Сима назвала цифру 31 человек. Часть источников того же года упоминает около 45 человек, которые категорически отказались выезжать.
В 2025 году от обстрелов погибли семеро гражданских. По оценкам руководства общины, с 2022 года гражданских погибших было не менее 13; были и раненые, в частности в Басовке и на ферме. Детей из общины вывезли еще раньше: по состоянию на 2025 год на территории их уже не было.
Разрушения распределились неравномерно. Басовский старостинский округ глава общины характеризует как полностью разрушенный. Юнаковка понесла критические повреждения. В Кияницком округе и Храповщине разрушения значительные, отдельные села сохранились ориентировочно на 40%. Могрицкий округ также имеет существенные повреждения, но именно Могрица и часть Кияницкого округа дольше оставались местами, куда еще можно было доехать с гуманитаркой.
По данным общины на начало 2026 года, с начала вторжения разрушено 844 дома, повреждено еще 785. Школ, которые можно было бы использовать очно, на месте не осталось. Медицина до войны держалась на двух амбулаториях и четырех ФАПах; теперь семейные врачи работают из Сум, а деклараций у них даже прибавилось — потому что люди не «исчезли», а изменили адрес.
Отдельный факт, который часто путают: карта боевых действий и карта административной общины — это разные вещи. Часть населенных пунктов в 2025 году обозначалась на открытых картах как полностью или частично подконтрольная российским войскам. В то же время сельский совет продолжает существовать как орган власти, ведет реестры, сессии, программы поддержки ветеранов и устав. По состоянию на лето 2026 года официальный сайт общины обновлялся: появлялись проект устава, отчеты о общественных обсуждениях относительно заведений образования, опросы ВПЛ.
Как община работает с Сумами и что реально можно оформить
Юнаковский сельский совет не «закрылся». Он релоцировался. Большинство жителей выехало именно в Сумы, поэтому логика простая: услуги пошли за людьми. Социальная защита стала наиболее нагруженным подразделением. Техника — школьные автобусы, «скорые», тракторы — хранится в других общинах. 15% собственного бюджета община направляет на помощь Силам безопасности и обороны, имеет добровольческое формирование.
Для тех, кто остался на территории, схема поддержки на конец 2025 года выглядела так: продуктовые наборы раз в месяц, гигиена, лекарства, закрепление социальных работников. Государство выделило средства на дрова — 19 400 грн тем, кто по состоянию на 1 августа еще проживал в общине. Города-побратимы собрали 3 млн грн на зиму: 2 млн уже выплатили людям с инвалидностью I группы и семьям пленных (164 человека по 13 тысяч грн), далее — выплаты для II–III групп.
Образование существует дистанционно. До войны работали несколько школ и садиков. Басовскую школу закрыли из-за отсутствия детей, Могрицкую фактически остановили из-за порога наполняемости. Юнаковская и Новосечанская школы продолжали обучать онлайн (в разных интервью 2025 года фигурировали десятки и более сотни учеников). Дети ездили на оздоровление по программе «Плечо-о-плечо» — в частности, в общины Ровенщины и Черкащины.
Жилищные сертификаты — главный практический механизм для большинства семей. По словам Елены Симы, жители получили около тысячи сертификатов; в 2025 году подали 768 заявлений, около тысячи дворов уже приобрели новое жилье по возмещению. В начале 2026-го Суспильне сообщало, что сертификаты жителей общины суммарно превысили 1,218 млрд грн. В 49 случаях было отказано из-за нехватки документов или невозможности признать дом разрушенным.
Из-за обстрелов комиссия часто не могла выехать на место. Община добилась изменения подхода в рамках постановления №815: разрешили дистанционное обследование, в частности по космическим снимкам. Это сняло тупик для людей, у которых не было «правильного» фото с места события.
Пошагово: что делать, если жилье уничтожено
- Зафиксировать событие: вызов 102 и сообщение о поврежденном/уничтоженном имуществе.
- Подать заявление в «єВідновлення» через Дію, ЦНАП или нотариуса.
- Собрать пакет: паспорт, РНОКПП, документы на право собственности, техпаспорт, выписку из реестра, фото или другие доказательства разрушения.
- Дождаться решения комиссии общины и появления сертификата.
- Забронировать средства (Дія / ЦНАП / нотариус) и в течение отведенного срока найти жилье вне зоны боевых действий и оккупации.
- Подать обращение на финансирование покупки и закрыть право собственности на уничтоженный объект, когда этого требует процедура.
Сертификат можно использовать в течение пяти лет со дня выдачи. Подтверждение финансирования после бронирования средств обычно действует ограниченное время (на практике ориентируются на 30 дней), поэтому жилье стоит подыскать заранее, а не после кнопки в Дії.
Типичные ошибки, из-за которых люди теряют месяцы
- Нет документов на право собственности, а наследство не оформлено. Комиссия не «догадывается», кто хозяин двора.
- Есть только устная договоренность родственников («дом мамин, живем все»). Нужна бумага.
- Нет ни одного фото или снимка, и человек ждет, пока «можно будет поехать посмотреть». В зоне боевых действий этого момента может не наступить. Нужно сразу просить общину о дистанционной фиксации.
- Путают поврежденное и уничтоженное имущество. Это разные процедуры и разные выплаты.
- Получили сертификат и откладывают поиск жилья «на потом». Очередь финансирования и ограниченный срок бронирования работают против промедления.
- Не обновляют контакты в Дії и в совете. Решение комиссии приходит, а человек его не видит.
В реальных кейсах Юнаковской общины чаще всего «застревают» именно семьи без техпаспорта и без фотофиксации. После того как совету разрешили опираться на дистанционные обследования, часть таких дел сдвинулась с места. Если вам отказали, стоит не останавливаться на первом ответе, а уточнить, какого именно документа не хватает, и подавать повторно.
Что происходит в 2026 году и о чем говорить честно
На сайте общины летом 2026 года появился проект устава. В нем зафиксированы состав территории, день общины — 21 сентября, символика, права жителей, электронные петиции. Параллельно шло общественное обсуждение ликвидации заведений общего среднего и дошкольного образования: формально школы «на земле» уже не работают, поэтому совет приводит юридическое состояние в соответствие с фактом.
Восстановление, о котором говорят в совете, не является обещанием быстрого возвращения в каждое село. Приоритеты такие: разминирование, расчистка завалов, ремонт дорог из материалов разрушенных зданий, модульное жилье и модульная школа для тех, кто вернется в относительно безопасные точки, восстановление амбулатории. Села в 5–10 км от границы руководство общины прямо называет территорией, куда массовое возвращение в ближайшее время нереалистично из-за мин и обстрелов.
Елена Сима в 2025 году получила орден княгини Ольги III степени. Для жителей это скорее маркер того, что община не растворилась в областном центре, а продолжает существовать как субъект: с бюджетом, программами для ветеранов, побратимами и обязанностью вести реестр разрушенного имущества.
Официальная площадка — сайт yunakivska-gromada.gov.ua. Именно там появляются решения сессий, уставные документы и объявления. Телефон, который община публиковала для обратной связи, — 099 812 32 19. Юридический адрес остается в Юнаковке (ул. Новоселовка, 3), но прием людей фактически привязан к Сумам и к электронным каналам.
Ключевые ориентиры для жителя и для того, кто ищет общину впервые
Юнаковская община — это не «пустое место на карте Сумщины». Это 15 населенных пунктов с казацкими и слободскими корнями, сахарной историей Кияницы, классицистической церковью 1806 года и четырьмя округами, которые война разобрала на части. Административно община жива. Физически большинство сел — зона разрушений, эвакуации и риска.
Если вы из этой общины, держите в одном месте три вещи: статус ВПЛ, пакет на жилье в «єВідновленні» и контакт социальной службы совета. Если вы ищете родственников или хотите помочь, проверяйте не слухи в чатах, а решения на официальном сайте и публичные интервью главы общины: цифры там меняются ежеквартально, и разница между «зарегистрированные», «живут в Сумах» и «остались в селе» принципиальна.
Возвращение возможно только туда, где будет разминирование и хотя бы базовая инфраструктура. До тех пор Юнаковская община существует там, где существуют ее люди — преимущественно в Сумах — и там, где совет продолжает оформлять то, без чего новая жизнь не начинается: справки, комиссии, сертификаты и память о разрушенных дворах.
